А вот всем ли известно, что ученые ничего не знают о том, как появился язык? Из всех теорий мне больше всего нравится «теория трудовых выкриков»: якобы, язык это особым образом преобразованные звуки, которые наши доисторические предки издавали за коллективной работой — вроде «Эх, дубинушка, ухнем!» Главное достоинство этой теории в том, что она обясняет анекдот про «Нихрена вы дохрена нахреначили! Выхреначивай нахрен!»

Если серьезно, то каждая эпоха предлагает свой ответ на вопрос исходя из того, что мыслители думают о происхождении человека в принципе. Не будем в них копаться, правды там все равно нет. Я буду говорить о том, что мне близко, понятно и имеет подтверждение в моем личном опыте. Для весомости, скажу, что Клод Леви-Стросс, Мирча Элиаде, Джон Фрейзер и другие придерживались сходного мнения в том, что касается происхождения языка.

Язык и речь появились и существуют как способ мифологического описания, воспроизведения и закрепления целостного знания о мире. Язык и речь фиксируют представления народа о том, как устроен мир, как в нем идет жизнь, и какое место в нем занимает человек. Исторически, каждый акт использования языка был по сути актом нового соотворения мира, подтверждения его неизменности. У каждого народа было свое видение, которое они хранили и воспроизводили в мифе и языке. Так как миф это священное, а не бытовое знание, то и слова, которые в нем использовались были не бытовыми, а священными. Нельзя было использовать слово со значением «начало мира» в значении «начало» применительно к обеду. Это «испачкало» бы слово, его уже нельзя было бы использовать в мифе. То, что называет важные истинные вещи, относящиеся к мироустройству, нельзя использовать для бытовых нужд, его надо держать в чистоте и в тайне.

Это поведение было типичным для многих народов во все времена, и примеров этому множество. Настоящее имя предмета или существа — страшная сила. Вспомните, как зловредный бес Пумперникель с треском взорвался, когда просто назвали его имя. Во всех традиционных культурах у человека есть имя тайное, священное и явное, бытовое. Древние скандинавы имели два рунических алфавита, полный и краткий: полный для магических нужд, краткий для быта; древние исландцы в своих песнях никогда не называли корабль кораблем, оружие — оружием, а битву — битвой. Эти слова можно было употреблять в быту, а в песне, которая имела и магический характер, нужно было называть их иносказательно, и такие иносказания назывались кеннинги, например, коршун крови — меч, костер бурунов — море. Из жизни наших предков, самый простой пример — слово медведь. Истинное имя этого животного — бер, но его нельзя произносить всуе, поэтому есть иносказание — медведь.

Люди всегда дают истинное имя тому что важно, и это имя могут использовать только те, кто обладает тайным знанием — маги, шаманы, сказители. И дают другое — такое, которое можно произносить непосвященным: чужакам, непрофессионалам, обывателям, простым людям. Всегда жило представление о том, что своими словами, умелым или глупым их использованием человек может изменить ход вещей. Знать истинные слова мог только тот, кто умел ими пользоваться во благо, остальные довольствовались примерными описательными понятиями — доверять им такое сильное орудие было опасно.

Сейчас отголосок этого можно найти в том, что существуют жаргоны, арго, тайные языки. В детстве мы все придумывали свои шифры и тайнопись чтобы создать свой мир, недоступный взрослым или ребятам из параллельного класса. Представители закрытых социальных или профессиональных групп имеют свой профессиональный жаргон, арго, который делает их речь недоступной для понимания чужаками. Яркий пример — блатная феня, жаргон преступного мира, который отражает представления этой среды о том, как все в обществе устроено и дает всему свои «истинные» имена. Эта традиция, которая передается из поколения в поколение, а у каждой традиции есть свои хранители.

Всегда есть хранители тайного знания, знания о мироустройстве, о том, как им можно управлять и как его можно воссоздать, если ему будет нанесен урон. Разный уровень знания выливается в разную степень влияния на процессы. Сравните архитектора, который пользуется словами архитрав и антаблемент с подмастерьем каменотеса, который просто лупит этой балдой по той штуке, чтобы было как-то так. Каждый из них владеет языком соответственно своему влиянию на происходящее.

Со временем, с взаимным проникновением культур, народов, насаждением религий следить за традициями сакрального мифологического языка перестали, языки стали смешиваться, носителей древнего знания стали изгонять и уничтожать. Достаточно посмотреть на историю скоморохов — откуда они появились, и что с ними делало государство. Само знание о сакральном языке и речи стали выводить за пределы официальной культуры, и в итоге, постепенно вместо точно определенных, нагруженых явным смыслом слов и языка к 2016 году у нас образовалась каша из литературного, просторечного, блатного и английского, которую мы и жуем, забывая и не задумываясь о происхождении слов, их этимологии и о том, как корни слов определяют их сегодняшние значения, и о том, какой мир мы каждый раз строим, используя их. Каждый раз, когда мы сдаем позиции под натиском чуждой речи и бездумно берем слово из чужой культуры, или просто перестаем помнить об исконном значении слов своего языка, мы понемногу отказываемся от истинного знания и отдаем себя в распоряжение чужих представлений о мире. Забывая о происхождении слов, мы воистину превращаем язык в кладбище потухших метафор, но ведь на кладбище не живут! Делая так, мы позволяем другим творить их собственный мир нашими руками и головой.

Иногда, правда, случаются и намеренное насаждение слов и терминов из другой реальности, как со словом электорат. Это профессиональный термин, которым политтехнологи называют людей, народ, рабочих, учителей, мужей, жен, Русских, Россиян, назовите себя тоже в этом ряду, и это будет ваше истинное название в вашей реальности. Оказывается, в реальности политиков мы все электорат. Звучит,как биоконцентрат. Это несоответствие названий очень хорошо показывает разницу между их и нашей картинами мира. Мы не возмутились, а те, кто пользуются словом на «э» теперь знают, что мы не против того чтобы быть электоратом и не будем мешать им строить свой мир так, как они хотят.

При чем же здесь магия и маги? Очень даже при чем. Речь и язык это сильнейший магический инструмент, если мы понимаем магию как способность воздействовать на окружающую действительность не наглядно-понятно-физически, а через намерение и мысль. Маг — тот, кто может долго думать одну и ту же мысль, и если сформулировать ее правильно, и думать неотрывно, твоя реальность для тебя меняется. Сначала на уровне осознания, затем на уровне физического материального проявления.

Мысль не существует отдельно от языка. Язык — форма существования мысли и способ осуществления мышления. Тот язык, которым ты располагаешь, полностью определяет то, что ты думаешь, как ты видишь мир, и как ты в конце концов живешь. Изменить что-то из этого в отдельности нельзя. А теперь задумаемся, какую мысль вы думаете больше всего, чаще всего, настойчивей всего. У каждого из нас в душе натянуты какие-то эмоциональные струны, и те, что натянуты сильнее, отзываются на любое воздействие извне. Если даже просто задеть гитару, висящую на стене, ее струны издадут слабый звук, будет легкая вибрация. А если задеть рояль, ничего не произойдет — он слишком большой. Большинство из нас больше похожи на гитары — звеним от малейшего толчка, но звеним по-разному, ведь у каждого натянуты разные струны: у кого-то обида, ощущение своего бессилия; у других — чувство бессилия окружающих, которым всем надо срочно помочь; кто-то резонирует на любую несправедливость, и сразу бросается на защиту справедливости даже там, где это не имеет значения; кто-то страдает от недооцененности, вины, или чувства собственного совершенства. Эти струны откликаются на любое воздействие извне, но лучше всего — на родственное им, так что в конце концов мы сами начинаем искать повода подкачать в эти струны побольше энергии для лучшего резонанса. В результате, наша жизнь меняется: вместо разнообразия и богатства красок жязни, нас начинает окружать только то, что мы готовы видеть, то есть то, что резонирует с нашей самой главной струной.

Как это происходит? Почему колебания струны не затихают? Просто в отсутствие достаточно сильного внешнего раздражителя мы сами себе рассказываем мифы, которые воссоздают мир, который мы знаем и к которому привыкли. С самого утра мы включаем словомешалку в голове, и то, какие слова там перемешиваются, какие события привлекают внимание, создает такой мир, к которому мы в этот момент готовы. Если мы думаем в терминах войны, борьбы, противостояния и конфликта, то и мир мы творим в таких же терминах. Замечаем мы это, или нет, устная речь всегда выдает внутреннюю. Внутренние перживания, вернее, постоянная внутренняя словомешалка изменяет выражение лица, жесты, положение тела и походку, интонацию и скорость речи, не говоря уже о том, что как пар из паровоза, время от времени выскакивают и сами слова, которые вы там в голове перемешиваете. Все это создает вам такой образ, с которым могут взаимодействовать только те, у кого натянута такая же струна. Поздравляю вас: вы только что создали себе вселенную войны, в которой кроме вас находится столько людей, что грех не повоевать.

Если вы этого и хотите, и считаете, что так и надо, и в этом ваше счастье, то, пожалуй, и не надо ничего делать.Однако, чаще ситуация бывает такой, что хотели бы мы чего-то белого и воздушного, а получаем портвейн. Вернее сказать: считаем, что надо хотеть что-то белое и воздушное, и ждем, а сами при этом пережевываем обиды и разочарования последних 10 лет. И вот здесь, с полной правотой и неотвратимо перед нами встает тот факт, что речь в первую очередь это магический инструмент создания и материализации мира. Каждое слово как взмах волшебной палочки: повернулся налево — враги, повернулся направо — несправедливость. Что надумал, каких слов намешал, то и получил.

Лидер от не лидера отличается тем, что все, что делает лидер, целеообразно. Ведущий делает, говорит и думает только то, что приведет его к цели. Ведомый делает то, что вынужден делать, а говорит и думает вообще все, что придется, и чаще всего не то, что изменит его мир в лучшую сторону, а то, что добавит энергии в его в собственную натянутую струну для лучшего резонанса с миром, который он сам же и создал. Настоящий маг, который знает свое оружие-слово и имеет право им работать, думает и говорит целесообразно. Мысли мага подчинены его цели, оружие мага начищено, а сам он стоит впереди всех. Трудно представить себе, в какой ситуации могут быть целесообразными мысли о неудаче, или какую надо поставить цель, чтобы ей были сообразны мысли о старой вине или обиде. Единственной целью, ради которой можно думать такие мысли, это нищета и смерть, но чтобы умереть в бедности, не обязательно быть магом.

Целесообразность действий — это понятно, целесообразность слов — тоже, но вот как быть с целесообразностью мыслей? Ведь они же лезут в голову сами! Не совсем так. Это не они лезут, а вы сознательно их туда пускаете. Мысль это слова, и если вы перестанете повторять в уме одни и те же слова, мысли не станет. Это очень просто. Перестаньте повторять негативны слова, и негативные мысли уйдут. Начните повторять позитивные слова и в уме воцарятся позитивные мысли. Скептики могут назвать это как угодно. Факты от этого не поменяются. Для этого достаточно всего лишь дисциплины ума. Управляй своим умом, и ты будешь управлять своей жизнью. Думай целесообразно, и мир вокруг тебя изменится сообразно тому, какие цели ты поставишь.

Все понятно. Но есть одна маленькая хитрость. Практически невозможно самому определить, какая струна в тебе натянута больше всего. Ведь мы так привыкли к ним, что считаем мир, который резонирует с ней, единственно правильным и единственно существующим. Язык и мышление оказываются здесь в очень трудном положении: это система, которая вынуждена анализировать и влиять сама на себя. Больше в природе замкнутых систем, которые способны изменять сами себя нет. Строго говоря, и язык не может, но чтобы мышление и язык смогли начать осознавать сами себя, нужен всего лишь собеседник, слушатель, читатель. Надо дать языку свободно выражать себя и посмотреть на то, что получится, в зеркале чужого восприятия. Обратная связь от читателя или слушателя покажет, какие эмоции звенят в речи, какому мироощущению подчинено развитие событий в тексте; при этом можно увидеть, какими словами, какими поворотами сюжета они проявляются в тексте, и очистить свою речь и мышление от них.

Это как найти Экскалибур в валуне, вытащить его, бережно обтереть от паутины и пыли, согнать назойливых муравьев и божьих коровок, и вступить в право владения своей жизнью.


Комментарии:

Нет комментариев

Оставить комментарий